История о том, как Урал-4320 устал работать


События, описываемые ниже, случились в Ступинском районе Московской области зимой 2010-2011 годов. В ту пору я проходил срочную военную службу на действующем тогда ещё аэродроме «Малино», где базировались вертолёты Ми-8 разных модификаций.

автомобиль Урал-4320

Моим рабочим местом являлся мобильный электроагрегат АПА-5Д, предназначенный для подачи электропитания на борт летательных аппаратов. Машина была смонтирована на шасси заслуженного грузовика Урал-4320 выпуска конца 80-х годов прошлого века и прошедшего уже пару капитальных ремонтов.

Под капотом был установлен безнаддувный дизельный двигатель КАМАЗ-740 мощностью 210 л.с., в распоряжении водителя 5-ступенчатая коробка передач, 2-ступенчатая раздатка и постоянный полный привод, как на «Ниве».

На этом специализированном грузовике я в основном запускал вертолёты, буксировал их по территории аэродрома, но иногда выдавались задачи более необычные. Об одной из них и пойдёт речь далее.

Надо отметить, что после сдачи машины мне прежним её оператором, который заканчивал отдавать свой долг Родине, с Уралом стали происходить некоторые неприятные вещи.

Система топливоподачи постоянно завоздушивалась, поиски подсоса воздуха продолжались продолжительное время, но до конца проблему решить так и не удалось. Были заменены все резинки на топливных фильтрах, медные шайбы на ТНВД и подкачивающем насосе, проверены шланги, подтянуты хомуты, извлечён из бака и проинспектирован топливозаборник и куча всего ещё.

На тот момент опыта эксплуатации грузового автомобиля у меня не было совсем, так что вопросы я задавал отцу по телефону, когда была возможность – он у меня всю жизнь проработал водителем – и гражданским из ТЭЧ.

Но что бы я ни делал, после некоторого простоя запустить двигатель было не всегда легко. Сперва обязательно подкачать солярку ручной помпой под капотом, а затем крутить стартером с полностью выжатой педалью газа. Дизель с трудом схватывал, трясся, работая с недостатком топлива на неустойчивом холостом ходу, норовя заглохнуть. Через минуту-другую такого безобразия работа КАМАЗовского мотора стабилизировалась, обороты устанавливались на номинальном значении.

Однажды после сильного снегопада, покрывшего окрестности плотным слоем мокрого снега, меня вызвал наш прапорщик, который был главным по автопарку. Он сказал готовить машину к выезду на особое задание. Пока второй АПА-5Д занимался с вертолётами на аэродроме, обеспечивая полёты, нам предстояло выдвинуться с территории части и проследовать на участок местности, используемый лётчиками для тренировки посадки среди деревьев.

В этом месте, расположенном примерно в 6-8 километрах от аэродрома, вертолёты встречал связистский УАЗик-буханка, в котором была какая-то аппаратура и офицер-связист. Проблема была в том, что дорогу полномасштабно завалило, и УАЗу такая целина была не по зубам.

Как мне рассказал напарник с другой машины, его уже ранее привлекали на такую работу – пробить мощью Урала дорогу в снежных завалах, чтобы связисты смогли проползти на площадку на своём микроавтобусе.

Как странно, подумалось мне. Использовать спецмашину для такого заурядного мероприятия. Автопарк в нашей маленькой части тоже был довольно скромным, далеко не все машины были на ходу, некоторые законсервированы. Не буду всё перечислять, но обычных (не специализированных) полноприводных грузовиков было фактически два – бортовые КАМАЗ-43501 4х4 и КАМАЗ-4310 6х6. Насколько помню, первый укатил по хозяйству с территории базы, а второй был на ремонте в тот момент.

Но делать нечего. Два прапора и я втиснулись в кабину моего Урала, старший сел за руль, я посередине, второй справа. Стоит сказать, что для проезда троих взрослых в зимнем обмундировании ширины кабины маловато. КАМАЗ, например, намного просторнее.

Как назло, за пару дней до этого внезапно коротнул и сгорел моторчик отопителя, но у Урала можно приподнять воздухозаборник печки, что позволит набегающему потоку воздуха проходить сквозь радиатор печки и обогревать кабину. Я впервые ехал на своём грузовике со скоростью более 40 км/ч, да ещё и по дорогам общего пользования. Правда, пассажиром.

Перед железнодорожным переездом дорога пошла немного под уклон, при торможении колёса задней тележки весело заблокировались, отчего возник совершенно неуместный здесь лёгкий занос. Но прапор не торопился, опасную ситуацию устранил, и мы никого не раскатали.

Съезд на нужную нам грунтовку фактически отсутствовал, скрытый снежным ковром. Пропустив встречный транспорт, мы повернули влево, направившись вдоль лесополосы.

Поступила команда подключить передний мост, на что я изумлённо отвечал, что здесь постоянный полный привод, и заблокировал рычагом межосевой дифференциал. И так, на повышенном ряду в раздатке, прапорщик направил мой Урал к месту прибытия вертолёта.

Проскочив мимо лесополосы, мы попали на обширную поляну. Нетронутый снег лежал везде, покрывал всё, что попадало в поле зрения. Ни следа тут не было.

На первой передаче прапорщик описал по поляне полный круг, Урал без особого труда разрывал снежный плед своими огромными колёсами. УАЗу тут пришлось бы нелегко, так как глубина местами доходила почти до колена.

Видя, что машина справляется нормально, наш водитель переключился на вторую передачу и на полном газу стал выписывать круги один за другим. За всё время владения, я никогда не загонял двигатель моего АПА-5Д в такие условия и такие обороты. И, честно говоря, мне такой режим работы мотора был совсем не по душе.

Я бы включил пониженную и ползал на 1600-1800 оборотах в минуту. Но командиру, разумеется, виднее.

Примерно через пять минут снаружи раздался странный и громкий звук, напоминающий шум реактивного двигателя, прорвавшийся через рёв камского дизеля. Я глянул в правое зеркало и обомлел – из выхлопной трубы натурально вырывался султан пламени, прямо как из сопла двигателя истребителя!

Все уставились в зеркало, после чего прапорщик остановил машину. Мотор неустойчиво поработал на холостом ходу и заглох. Пламя исчезло. На поляне воцарилась тишина.

Мы высыпались из кабины, я, проваливаясь в мокром снегу, осмотрел дымящийся выхлопной патрубок конусообразной формы. Он был весь в масле и жирной копоти.

Открыли капот, я взобрался на бампер и увидел, что моторный отсек изрядно забрызган маслом. Оно было повсюду. Двигатель отличался масляным аппетитом до этого, пускал синий дымок при работе. Не могу утверждать, но, на мой взгляд, он был уже подуставшим.

Решили подождать пять минут, после чего я проверил уровень масла – он был на самом кончике щупа. Мотор пустился без замечаний, но надежды на завершение операции уже, само собой, не было. Было решено отправляться на базу, ведь УАЗику колею мы прорезали и изрядно разрыхлили поляну.

Дорога обратно прошла без замечаний, снова немного поскользили на спуске, изнасилованный двигатель не нагружали, и он довёз Урал до стоянки в автопарке.

Отец впоследствии рассказывал, что у него тоже был случай, когда выхлопная труба его МАЗа работала как реактивный движок. Всё из-за масла, скопившегося в глушителе за долгие моточасы работы двигателя и длительный интенсивный режим работы, когда эти отложения хорошенько разогрелись мощным потоком выхлопных газов и, воспламенившись, вырывались гудящим факелом из трубы.

На следующее утро, которое выдалось слегка морозным, я накачал моторного масла в канистру, взошёл на бампер моей машины, поднял капот и восполнил потерю смазки за вчерашний день. Подкачал топливо и включил стартер. Мотор как-то дёрнулся и всё.

Так как АКБ были заряжены, то сперва стартер попал под подозрение. Он словно не мог провернуть двигатель. Я залез под Урал, снял крышку на колоколе картера сцепления. Затем вставил ломик в одно из отверстий маховика, чтобы провернуть коленвал двигателя – так мы делали на другом Урале. Все мои усилия не принесли результата – маховик не сдвинулся ни на градус. На всякий случай мы тихонько потянули грузовик со включенной задней передачей за фаркоп КАМАЗом, но колёса шли юзом – двигатель не провернулся.

Словно мотор переспал ночь и передумал работать в таких условиях. Вот так закончилась история этой машины на нашей автобазе.

Автор – Андрей Данилов.

Некоторые водители даже не догадываются что будет, если перелить масло в двигатель выше уровня и опасно ли это.

Вам могут помочь советы других водителей: что можно делать, если происходит запотевание стекол в автомобиле.

Почему машину трясет при разгоне на определенной скорости https://voditeliauto.ru/poleznaya-informaciya/to-i-remont/vibraciya-na-skorosti.html — с чем это может быть связано.


Комментарии к статье:
  • Владимир

    Знакомая ситуация из разряда — начальству виднее )). Хотя они ни разу скорее всего сами ничего не ремонтировали и не знают. Я сам служил и ездил на машинах. Проблема в том, что ставят на них тех, кто не разбирается вообще ни в чем. И только человек за год поднатаскается, приходит другой новичок, который вообще не знает ничего и пытается мучить машину. Поэтому они нормально и не служат, потому что там постоянно что-то колхозят на них. Ладно если прапорщики что-то помогут, но это редкость. У нас в части куча движков была просто загублена неграмотной эксплуатацией. Машины чаще в ремонте стояли, чем ездили.

Добавить комментарий

Я не робот (обязательно поставьте эту галочку).